Об авторе
События
Книги

СТИХИ
ПРОЗА
ПЕРЕВОДЫ
ЭССЕ:
– Poetica
– Moralia
– Art
– Ecclesia  
ИНТЕРВЬЮ
СЛОВАРЬ
ДЛЯ ДЕТЕЙ

Фото, аудио, видео
Отец Александр Шмеман и поэзия1
Не бумажные дести, а вести спасают людей.
О.Мандельштам
Русские поэты писали о «веселом имени Пушкина», которым можно аукаться в наступившей темноте. Отец Александр, его мысль, его письмо, его образ исполнены той же силой, разгоняющей тьму, духоту, запуганность, запретительство и зловещую косность, всю эту тяжелую среду, так хорошо нам, увы, знакомую, в которой человеческая мысль и человеческое чувство не могут шелохнуться. Это сила тайной (то есть, таинственной, на славянском языке) свободы. Этой силой одарены великие стихи – и глубокое богословие. Они являются к нам с этим даром – и раздают его, как в стихах Пастернака:

Как будто вышел человек
И вынес, и открыл ковчег
И все до нитки роздал.


Почти все стихотворные строки, которые вспоминает о. Александр в своих «Дневниках», – о свете, об особом, играющем свете:

Бывает такое небо,
Такая игра лучей…

Но реял над нами
Какой-то особенный свет,
Какое-то легкое пламя,
Которому имени нет…


О странной легкости, которая сильнее вещества, сильнее горя. О спасении, которое сильнее гибели. Это весть, которую несла ему поэзия. Эту весть – наверное, еще прежде поэзии – несла ему литургия. И множеству церковных людей, запутавшихся в тяжелых и темных аллегориях и «символиках», в тысячах «нельзя» и «следует», он распахнул дверь в этот ее первый свет, первое дыханье.

О. Александр множество раз благодарил поэзию (русскую поэзию прежде всего, но не только; мы видим в «Дневниках», как внимательно он читает и французских, и англоязычных поэтов), благодарил учителей, открывших ему поэзию. Нужно ли говорить, как благодарны ему те, кто занимается стихом как делом своей жизни – и кто вряд ли надеялся услышать когда-нибудь от иерея и богослова такое глубокое оправдание и благословение поэзии. Такое понимание и приятие ее существа, ее вести, какие нечасто встретишь не только у критиков, но и у самих стихотворцев.

И возвращаясь к Пушкину. Ум Пушкина – редкий дар русского человека, как замечает о. Александр, – близок светлому и гостеприимному уму о. Александра. Ум, который не противопоставлен поэзии, но с ней и в ней противопоставлен всем видам безобразия и ложной мудрости – как заключил свою «Вакхическую песню» двадцатишестилетний Пушкин:

Да здравствуют Музы, да здравствует разум!
Ты, солнце святое, гори!
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Так ложная мудрость мерцает и тлеет
Пред солнцем бессмертным ума.
Да здравствует солнце, да скроется тьма!
2008

1 Написано для конференции, посвященной памяти о. Александра Шмемана (Париж, декабрь 2008 года).
Язык проповеди и язык проповедника
Семидесятые. В поисках утраченной души. Предисловие к книге отца Александра Шмемана «Основы русской культуры»
Вечная память. Литургическое богословие смерти
О Владыке Антонии Митрополите Сурожском
Почему Элиот? Предисловие к книге Владыки Антония «Красота и уродство. Беседы об искусстве и реальности»
 Отец Александр Шмеман и поэзия
«Видимым же всем и невидимым»
Христианский Рай – тема христианской мысли
Идеология и церковь
Copyright © Sedakova Все права защищены >НАВЕРХ >Поддержать сайт и издания >Дизайн Team Partner >